Смерть как к иной уровень существования

smert kak k inoj uroven sushhestvovaniya Революция

Меня впечатлил разговор с одной знакомой, у которой тяжело болела мать. Возраст и характер болезни давали мало надежд на выздоровление. Больная это понимала. Я спросил у дочери, удается ли как-то успокоить, смягчить страх матери перед смертью.

Ответ этой средней, как казалось, по интеллекту женщины меня удивил, тем более, что с буддизмом и брахманизмом она, конечно, не была знакома.

— Я каждый раз говорю маме: это не все, я не знаю как, но мы наверняка еще встретимся и будем вместе. Тот, кто читает эти строки, может упрекнуть меня в уходе от действительности, в мистицизме, не знаю в чем еще. Трудно даже сказать, являлся ли такой подход проявлением своеобразной философии или просто психотерапией.

Но вспомните Левку из повести В. Тендрякова «Весенние перевертыши»: «Я не хочу знать, когда я умру. Я хочу знать, рожусь ли я после смерти. . . ». Может быть, прав А. де Сент-Экзюпери, утверждая, что жить — это значит бесконечно рождаться?

Мыслители, писатели часто обращались к этой теме: жизнь и смерть. Вспомним гениальный рассказ Л. Н. Толстого «Смерть Ивана Ильича», герой которого, судя по всему, скончался от злокачественной опухоли. В XIX столетии этот диагноз не воспринимался так, как в наше время: рак занимал лишь одно из мест среди других, подчас более распространенных причин смерти. Сейчас же, хотя болезни сердечно-сосудистой системы уносят примерно в 3 раза больше человеческих жизней, чем злокачественные опухоли, обнаружение последних звучит как смертный приговор. В наше время рак стал болезнью, на примере которой писатели пытаются проанализировать психологию человека, ставшего лицом к лицу со смертью, состояние неотвратимости, метаморфозу личности, понявшей преходящность, бренность всего. За последние десятилетия появились «Час пик»Ежи Ставинского, «Окончательный диагноз» Артура Хейли, «Приговор» Владимира Солоухина, «Яйца по-китайски» Энна Ветемаа и ряд других произведений.

Много, конечно, могли бы сказать врачи. Косвенно этой проблемы касается академик АМН СССР И. А. Кассирскнй (1970), разбирая медицинские аспекты рассказа «Смерть Ивана Ильича», а также профессор Е. И. Лихтенштейн (1978), анализируя изображение болезни и смерти в произведениях Л. Н. Толстого, И С. Тургенева и Г. Флобера.

Возможности реанимации и трансплантации заставили увидеть проблему умирания и смерти в новых ракурсах и резко увеличили количество соответствующих медицинских публикаций, исчисляющихся уже тысячами.

Умирающие больные, проходя через стадии естественного внутреннего «противления» неизбежному, а затем депрессии, в конечном счете становятся более спокойными и в то же время более восприимчивыми к психотерапии и обнадеживающей информации о своем состоянии и прогнозе.

Существуют наблюдения, согласно которым люди, длительно общающиеся с природой, всматривающиеся в ее ритмы, начинают относиться к смерти как к иному уровню существования. Тем не менее, на мой взгляд, первейший долг врача, медицинской сестры — во всех случаях помочь больному человеку уйти от страха смерти. Даже тогда, когда у пациента лишь один шанс из ста выжить.

Оцените статью
Биографии Героев и писателей СССР
Добавить комментарий